Вот по этому поводу.

Действительно, слово "жид" в русском языке используется обычно в отрицательной коннотации - ругательное слово, мягко говоря. И "еврей", если не рассматривать официальное употребление этого слова, а обычное разговорное - тоже далеко не комплимент.
Ну а слово "гой", произнесенное евреем - это что, комплимент? А "шикса" - это такая симпатичная девочка? Или всё же не очень?
А "чурки", "чучмеки"? Да не детьми произнесенное - а солидным старшим офицером среди студентов на лагерных сборах по военной подготовке в образцовой учебной дивизии. "Вы же не чурки какие-нибудь!" А "чурки" эти, пацаны 18-летние, загнанные до последней степени, русский плохо понимавшие, в армейском туалете пытавшиеся урвать 15-20 минут сна между бесконечной муштрой и нарядами вне очереди.
Разбираться сейчас в датах рождения курицы и яйца стоит ли? Примем как данность - ксенофобия существует и в равной степени присуща всем. Станем из-за этого плакать?

Ну, что же, придётся вспомнить и истории из своего детства. Нас было трое друзей - Миша, Юра и я, конечно. Жили мы в одном подъезде, были почти одного возраста и понятно, что играли вместе.
Миша был 100%-м евреем, и даже отчество у него было - Евелевич. Он был худой, высокий мальчишка, немного замкнутый, и отец его, бывший артиллерист-подполковник, пользовался во дворе уважением, хотя многие недолюбливали его за крутой нрав и характерную внешность.
А вот Мишкиным старшим братом Витей пацаны восхищались. Ему было 18 лет, он был очень высокий и сильный. Однажды пьяный слесарь из соседнего подъезда вышел на улицу вечером с топором. Разогнал детей, женщин, доминошников и начал орать что-то про начальство, жидов, советскую власть и жену, спрятавшую получку. Витя подошёл к нему вплотную, и алкаш таки замахнулся топором. Витя поймал его руку на взмахе, вывернул её, отобрал топор и пихнул слесаря так, что тот свалился как раз в дворовую песочницу.
А потом Витя повздорил с отцом, не пошёл учиться в ВУЗ, к чему вообще-то и не имел склонности, отслужил срочную и уехал на строительство Кременчугской ГЭС - мотажником-высотником.
Понятно, что Мишу никто не дразнил "жидом".
Юра был старше нас с Мишей на год. Его отец был русским, а мать - с Западной Украины. Гонялся его отец-полковник в Карпатах за бандеровцами, гонялся, вот и догнал. Отец Юры, даром что полковник, награждённый почти всеми военные орденами того времени, дважды вызывавший огонь на себя, был человеком тихим, застенчивым. И Юра характером пошёл в отца. А внешностью - в мать, очень красивую, смуглую женщину, властную и неулыбчивую.
Юру иногда дразнили "бандерой".

А вот меня таки дразнили "жидовской мордой", и довольно часто. Хотя я - полукровка, имя уж никак не еврейское, а по отцу ещё и Воробьёв. Был я в детстве толстым, довольно крупным и неповоротливым, не то, что сейчас. Учился в музыкальной школе. Был обидчивым, но не любил драться и пытался подлизываться к обидчикам. Ну как такого не дразнить.
Кончилось это безобразие довольно скверно. Раз пацаны поймали меня во дворе, стали в кружок и завели свою песенку про пархатого, который бежит по верёвочке. А кто-то ещё и плюнул. Обычно я трусил, а в тот раз меня таки достали. И надо же, как раз под рукой приличный камень оказался. Ухватил я его и швырнул - куда попало. Попало одному из пацанов по голове. Как раз только-только подошедшему, и меньше всех заслуживающему. Он свалился, потом поднялся, заревел и пошёл домой, держась за голову. Родители отвезли его в больницу. Голову я не пробил, но сотрясение было, три дня дома отлёживался. Потом родители ещё разбирались долго, но всё утряслось.
С некоторыми ребятами со двора я впоследствие подружился. С некоторыми - дрался, без удовольствия и не всегда успешно. Но что тут поделаешь.